В минувшую субботу, 3 января 2026 года, мир стал свидетелем, пожалуй, самого громкого геополитического поворота последних лет. Президент Дональд Трамп, выступая со своего поместья Мар-а-Лаго, объявил о кардинальном изменении американской политики в отношении Венесуэлы, фактически поставив под свой контроль ее колоссальные нефтяные запасы. Этот шаг, представленный как результат «необходимой меры» для борьбы с «преступной деятельностью» режима Николаса Мадуро, включает в себя его арест и заключение в Нью-Йорке вместе с супругой.
Вице-президент Джей Ди Вэнс не оставил сомнений: США теперь диктуют, кому и на каких условиях Венесуэла может продавать свою нефть. «Мы говорим режиму: вы можете продавать нефть, только если это отвечает национальным интересам Америки», – заявил он, подчеркнув беспрецедентную жесткость Вашингтона. Контроль распространяется и на морские перевозки: вся нефть, идущая в Венесуэлу или из нее, должна соответствовать американским протоколам безопасности.
Этот драматический маневр не был спонтанен. За несколько недель до официального объявления Трамп сообщил о предварительной договоренности о поставках в США от 30 до 50 миллионов баррелей венесуэльской нефти по рыночным ценам. Затем последовали показательные аресты танкеров, что стало ясным сигналом решимости новой администрации. Любопытно, что вырученные средства Венесуэла, по сообщениям, обязалась тратить исключительно на американские товары: от сельхозпродукции и медикаментов до стройматериалов. Таким образом, страна оказывается в прямой экономической зависимости от США, а американские производители получают гарантированный рынок сбыта.
Заявление Госдепартамента от 5 января – «Это наше полушарие» – в сочетании с реальными действиями на земле и установлением контроля над главным богатством страны, ознаменовало собой резкий разворот от прежних внешнеполитических доктрин. Эксперты видят в этом стремление Вашингтона противостоять растущему влиянию Китая в регионе и защитить интересы ископаемого топлива на фоне глобального энергетического перехода. Расширение операций американских нефтяных гигантов в соседней Гайане лишь подтверждает эту версию.
Для Венесуэлы последствия очевидны: политический хаос, заключение руководства и полная зависимость от американского рынка. Министр энергетики США Крис Райт подтвердил, что теперь Вашингтон будет курировать все будущие продажи венесуэльской нефти. Этот беспрецедентный уровень контроля над природными ресурсами суверенной страны ставит под сомнение основы международного права и право на экономическое самоопределение. Вмешательство США, представленное как победа национальной безопасности и экономической прагматики, несомненно, стало поворотным моментом, полные последствия которого проявятся в ближайшие годы.