В последние дни международная арена бурлит от событий, которые иначе как драматическими не назовешь. Соединенные Штаты Америки провели масштабную операцию, в результате которой президент Венесуэлы Николас Мадуро и его супруга были задержаны. По сообщениям, после этой военной операции пара была вывезена из страны, а затем в Нью-Йорке им были предъявлены обвинения, связанные с наркотиками. Вашингтон намерен взять на себя управление венесуэльскими делами до установления стабильного переходного периода. Эта новость вызвала полярную реакцию мирового сообщества, расколов его на два лагеря.
Спецоперация, начавшаяся на рассвете и описанная как "крупномасштабный удар", исходивший из Каракаса, завершилась вывозом венесуэльского лидера и его жены. Их передача Соединенным Штатам для судебного разбирательства стала беспрецедентным вмешательством во внутренние дела суверенного государства. Официальное обоснование Вашингтона сводится к борьбе с предполагаемой незаконной деятельностью. Американские чиновники заявляют о стремлении обеспечить "безопасный, надлежащий и разумный переход" для Венесуэлы. Однако эта позиция встретила яростное сопротивление со стороны коалиции стран, в первую очередь тех, кто поддерживает венесуэльское правительство.
Китай, выступив с резким заявлением, выразил глубочайший шок и безоговорочное осуждение применения силы против суверенного государства и его президента, назвав произошедшее неприемлемым нарушением международных норм. Россия солидарна с этой позицией, охарактеризовав операцию как акт вооруженной агрессии. Иран же заклеймил ее как вопиющее посягательство на национальный суверенитет Венесуэлы. Эти реакции подчеркивают нарастающий геополитический разрыв, где традиционные союзники Венесуэлы видят в действиях США грубое превышение полномочий.
Последствия ощущаются и в соседних странах Латинской Америки. Президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва предупредил, что подобные односторонние интервенции, игнорирующие международное право, открывают дорогу к глобальной анархии. Его колумбийский коллега Густаво Петро осудил этот шаг как посягательство на саму концепцию латиноамериканского суверенитета, а президент Кубы Мигель Диас-Канель назвал его преступным нападением. Эти заявления высвечивают глубоко укоренившиеся опасения относительно дальнейшей дестабилизации региона, который и так находится в сложном социально-политическом положении.
В совершенно ином ключе выглядит позиция Великобритании. Премьер-министр Кир Стармер дал понять, что его правительство не будет скорбеть по ушедшей администрации Мадуро, что можно трактовать как молчаливое одобрение смены режима. Это расхождение в дипломатических подходах еще больше обостряет международные разногласия.
Внутри венесуэльской диаспоры в Великобритании новость вызвала неоднозначную гамму эмоций. Член общины, Синция де Сантис, поделилась своим первоначальным облегчением: "Первой мыслью было: он ушел, что само по себе хорошая новость". Она рассказала о чувстве освобождения, которое испытывают многие, признавая гнетущий характер режима. "Но невозможно не испытывать облегчения, когда знаешь, что система, построенная на страхе, голоде, пытках, репрессиях, начинает рушиться", – добавила она. Однако это облегчение омрачается опасениями по поводу использованных методов и присутствия иностранных войск, перекликаясь с глобальными тревогами о национальном суверенитете. Долгосрочные последствия этого дерзкого шага США для политического ландшафта Венесуэлы и ее международных отношений остаются предметом пристального внимания и значительной неопределенности.