Мировой энергетический рынок сегодня напоминает запутанный клубок, где геополитические трения, колебания монетарной политики и, пусть и неспешный, но упорный переход к "зеленой" энергетике сплетаются в нечто весьма неоднозначное. Последние дни особенно отчетливо показали, насколько чутко нефтяной рынок реагирует на события, разворачивающиеся вдали от привычных центров силы. На этот раз в центре внимания оказалась Венесуэла, где Вашингтон, демонстрируя жесткую позицию, создал весьма ощутимую неопределенность с поставками. Параллельно, ожидание новых снижений процентной ставки Федеральной резервной системой США начинает отражаться на сырьевых рынках, потенциально влияя на траекторию цен на "черное золото".
Действия американской администрации по перехвату венесуэльских танкеров, которые аналитики окрестили "жестким подходом к венесуэльской нефтяной торговле", добавили новую порцию волатильности и без того напряженному сектору. Этот шаг, по сути, является частью более широкой геополитической стратегии, нацеленной на усиление давления на режим Николаса Мадуро. Хотя прямое влияние на текущие мировые поставки может быть ограниченным, психологический эффект на настроения рынка, порождающий опасения относительно будущей доступности, неоспорим. Эксперты, как, например, Джун Го из Sparta Commodities, отмечают растущее осознание рынком решимости американской администрации в отношении венесуэльского экспорта.
Дополнительный штрих к этой сложной картине добавляет устойчивое ожидание дальнейшего смягчения денежно-кредитной политики ФРС. После серии понижений ставки на четверть пункта, данные по инфляции и занятости дают основания полагать, что регулятор может пойти на новые шаги. Для нефтяных рынков ослабление доллара, часто сопутствующее такой политике, традиционно означает поддержку для номинированных в "зеленом" товаров, таких как сырая нефть, что может поддержать цены.
На фоне этих событий, очевидная зависимость мира от ископаемого топлива остается краеугольным камнем энергетической геополитики, а реальный прогресс в достижении климатических целей выглядит пока что весьма скромным. Эта зависимость подкрепляется стратегическими решениями крупнейших производителей. Страны ОПЕК+ и другие ключевые игроки сигнализируют о намерении сохранять или даже наращивать объемы добычи вплоть до середины века. Этому способствует и развитие технологий бурения, повышающих эффективность добычи, особенно в американских сланцевых формациях. Некоторые американские компании уже говорят о небольшом увеличении производства, рассчитывая на рост мирового спроса к 2026 году.
Рынок природного газа, напротив, готовится к периоду ожидаемого переизбытка предложения из-за запуска новых СПГ-проектов. К 2030 году по всему миру планируется ввод в эксплуатацию новых мощностей по экспорту СПГ общим объемом 300 миллиардов кубометров в год. Этот наплыв уже приводит к значительному падению оптовых цен на газ в Европе, которые впервые с середины 2024 года опустились ниже 10 долларов за миллион британских тепловых единиц и, как ожидается, продолжат снижаться в следующем году. Эта тенденция, выгодная потребителям в краткосрочной перспективе, ставит под вопрос рентабельность некоторых американских СПГ-проектов.
Прогнозы по ценам на нефть остаются разрозненными. Опросы Reuters предсказывают среднегодовые показатели для WTI на уровне 59 долларов за баррель, а для Brent – 62,23 доллара в 2026 году. Goldman Sachs дает более пессимистичную оценку для WTI – 53 доллара за баррель в следующем году. В то же время, некоторые аналитики полагают, что структурные реалии рынка могут привести к росту цен до 75-80 долларов за баррель к 2028 году. Такая разница в прогнозах отражает сложное переплетение геополитических рисков, меняющихся паттернов спроса и непрекращающейся технологической гонки за оптимизацию добычи и поставок. Слова главы Chevron Майка Вирта о том, что "мы знаем, где находится нефть. Мы оставили 90% ее там. Это будет первый раз в истории, когда мы не найдем способ ее извлечь", прекрасно иллюстрируют уверенность отрасли в своей способности удовлетворить будущий спрос, даже несмотря на неспешный ход энергетического перехода.