Европейский союз, некогда символ единства и поступательного движения вперед, столкнулся с серьезным препятствием на своем пути к расширению. Венгрия, под руководством Виктора Орбана, нанесла, казалось бы, сокрушительный удар по амбициям Украины и других стран-кандидатов, наложив вето на выводы Совета ЕС по данному вопросу. Этот демарш, как гром среди ясного неба, обнажил глубокие трещины во внутриблоковых отношениях и вызвал бурные дебаты среди государств-членов.
Инцидент произошел на заседании Совета по общим вопросам 16 декабря. Будапешт занял, по словам некоторых дипломатов, "вертикально негативную" позицию в отношении перспектив вступления Украины, заявив о ее необратимости. Теперь новому кипрскому председательству предстоит разгребать этот дипломатический гордиев узел.
Германия, традиционно играющая ключевую роль в принятии решений в ЕС, отреагировала с явным беспокойством. Берлин, как сообщается, уже рассматривает возможность применения "экономических последствий" к Венгрии, вплоть до ограничения ее прав в Союзе и, что особенно важно, увязывания доступа к фондам ЕС, в частности, к фондам сплочения, с соблюдением общеевропейских принципов. Этот жесткий подход подчеркивает серьезность, с которой Германия воспринимает действия Венгрии, считая, что подобные вето подрывают саму суть политики расширения ЕС и проецируют образ разрозненности на внешних игроков, включая Россию, в контексте европейских устремлений Украины.
Однако венгерское вето – это лишь верхушка айсберга. Оно усугубляет и без того существующие внутренние трения в ЕС. Сама Венгрия, наряду с Польшей, сталкивается с внутренними политическими вызовами и общественным настроением по поводу дальнейшей интеграции, особенно в контексте принятия евро. Несмотря на то, что опрос Евробарометра показал 72% поддержки единой валюты в Венгрии, конституционные положения закрепляют за форинтом статус национальной валюты, что является серьезным препятствием. К тому же, высокий уровень долга и борьба с крупнейшим в ЕС дефицитом бюджета ставят Будапешт в затруднительное финансовое положение.
Аналогичная картина наблюдается и в Польше, где энтузиазм по поводу евро заметно поугас. Недавний опрос выявил всего 45% поддержки населения. Высокая инфляция и жесткие меры экономии, похоже, отодвинули дискуссию о евро на второй план. Министр финансов Польши прямо заявил, что Варшава не стремится к принятию евро, довольствуясь своей национальной валютой.
Последствия этих внутренних разногласий и напористого венгерского вето имеют далеко идущие последствия. Для таких стран, как Литва, неоднократные препятствия со стороны Венгрии привели к призывам напрямую увязать фонды ЕС с соблюдением верховенства права. Этой позиции придерживаются и Латвия с Эстонией, считающие, что постоянное использование Венгрией своего рычага давления становится контрпродуктивным и наносит ущерб способности блока принимать решения. "Венгерский вопрос" становится настоящей головной болью как для Европейского совета, так и для Еврокомиссии, требуя тонкого дипломатического маневра и, возможно, перекалибровки межгосударственных отношений. По мере того, как ЕС рассматривает дальнейшее расширение, эти внутренние линии разлома, в сочетании с экономическими предпосылками для принятия евро, намекают на то, что углубление самой еврозоны может столкнуться с затяжными задержками в обозримом будущем.