**Лондон, Великобритания.** Крупнейшие центральные банки мира оказались в непростой экономической ситуации. Похоже, нас ждет затяжной период монетарной сдержанности.Persistent inflation concerns, exacerbated by geopolitical tensions in the Middle East, continue to loom large. Во всяком случае, так следует из последних заявлений и решений регуляторов. Банк Англии на своем мартовском заседании решил не менять ключевую ставку, оставив ее на уровне 3,75%. Аналогичное решение в среду принял и Федеральная резервная система США. Рынки же затаили дыхание в ожидании четверга, когда свои вердикты озвучит Европейский центральный банк, где, как ожидается, также возобладает осторожность.
Комитет по денежно-кредитной политике Банка Англии единогласно проголосовал за сохранение ставки. Это решение явно отражает глубокую обеспокоенность инфляционным давлением, подогреваемым высокими ценами на энергоносители, несмотря на притормозившее экономическое развитие. Глава Банка Англии Эндрю Бейли и его коллеги тщательно взвешивают последствия энергетического шока, ведь прогнозы инфляции далеки от заветных 2%. Ожидается, что во втором квартале инфляция будет держаться около 3%, а к третьему кварталу может подскочить до 3,5%. Такая осторожность, вкупе с прогнозами скромного роста ВВП на 0,1-0,2% в первом квартале, не дает особого простора для укрепления фунта стерлингов к доллару.
Через Атлантику ФРС, удерживая ставки в диапазоне 3,50-3,75%, преследует схожие цели. Руководство во главе с Джеромом Пауэллом подчеркивает необходимость увидеть дальнейший ощутимый прогресс в борьбе с инфляцией, прежде чем рассматривать возможность снижения ставок. Такой синхронный подход двух влиятельных центробанков намекает на негласную, но общую глобальную стратегию по удержанию инфляционных ожиданий.
В резком контрасте с западным монетарным ужесточением Китай проводит политику укрепления энергетической безопасности и контроля над издержками. Страна активно наращивает добычу угля, планируя увеличить ее на 1,2% к 2025 году до 4,83 миллиарда тонн. Одновременно Китай пополняет запасы природного газа, хотя спрос на СПГ в 2026 году, как ожидается, останется относительно низким. Такая дивергенция в энергетической политике обусловлена как внутренними экономическими соображениями, так и стремлением к большей самодостаточности, но она же оказывает влияние на мировые энергетические рынки.
Соединенные Штаты также пересматривают свою энергетическую политику, отходя от исключительного фокуса на максимизации добычи. Этот сдвиг сложен, он предполагает компромиссы между стремлением к дешевой энергии, стимулированием промышленного роста и амбициями энергетического доминирования. Практические последствия этой меняющейся политики становятся все более очевидными. Гарольд Хэмм, ключевая фигура сланцевого бума, объявил о приостановке всех буровых работ в Северной Дакоте. Более того, сроки строительства новых газовых электростанций растянулись примерно до пяти лет, а стоимость сопутствующих работ выросла почти на 50%. Этот дефицит турбин напрямую влияет на доступность гибкой базовой мощности, критически важной для таких растущих отраслей, как искусственный интеллект и дата-центры. Сочетание бдительности центробанков, региональных энергетических стратегий и меняющихся потребностей в промышленной энергии рисует картину мировой экономики, справляющейся как с инфляционными ветрами, так и с фундаментальными структурными сдвигами.