Ближний Восток, вечный источник геополитических потрясений, вновь оказался в центре мирового внимания, и на этот раз ставки особенно высоки. Эскалация напряженности между США, Израилем и Ираном привела к беспрецедентному шторму на мировых энергетических рынках, грозя обернуться кризисом, сравнимым, а то и превосходящим, арабское нефтяное эмбарго 1973 года.
Огонь войны, разгоревшийся уже третью неделю, начался с точечных ударов по иранской энергетической инфраструктуре, вызвав цепную реакцию ответных действий. Стратегически важный Ормузский пролив, через который проходит около 20% мировых поставок нефти и СПГ, стал эпицентром тревоги. Сообщения о выставленных в проливе морских минах – настоящая мина замедленного действия, – требуют времени и сил на разминирование, что продлевает угрозу для морского судоходства. Но и за пределами пролива ущерб оказался колоссальным: повреждены ключевые энергетические объекты Ирана – нефтеперерабатывающие заводы, газовые месторождения, терминалы хранения. Удар пришелся по таким важным узлам, как остров Харк и провинция Исфахан, где некоторые объекты, по прогнозам аналитиков, будут восстанавливаться годами.
Последствия для мировых рынков оказались мгновенными и болезненными. Цены на сырую нефть охватила дикая волатильность. После первоначального взлета котировок Brent, рынок замер в нервном ожидании, отражая неопределенность масштабов перебоев с поставками и вероятности дальнейшей эскалации. Международное энергетическое агентство (МЭА) бьет тревогу, а эксперты Rystad Energy подчеркивают, что под угрозой оказались не только нефть и газ, но и химическая промышленность, производство удобрений.
Конфликт перекинулся и на соседние страны. Под ударом оказались объекты добычи, переработки и хранения в государствах Персидского залива, а также крупнейший СПГ-терминал Катара в Рас-Лаффане. Не стоит забывать и об угрозах со стороны хуситов в Йемене, готовых перекрыть Баб-эль-Мандебский пролив. Эти действия, вкупе с предполагаемым ударом по деловому району Дубая, свидетельствуют о расширении географии конфликта и его прямом влиянии на мировую торговлю. Под ударом не только нефть и газ, но и транспорт, нефтехимия, производство удобрений, а значит, и цены на продукты питания.
Экономические последствия уже сейчас выглядят пугающими. Эксперты предупреждают, что неизбежный рост цен вынудит потребителей сокращать энергопотребление. Потеря около 400 миллионов баррелей нефти – это примерно четыре дня мирового спроса – уже привела к резкому скачку цен, и нет никаких гарантий, что они быстро вернутся к прежним значениям. Этот энергетический шок лишь усугубит и без того высокую инфляцию и может стать тяжелым ударом по странам-импортерам энергоресурсов, таким как Сирия, Ливан и Египет, которые и так балансируют на грани экономического коллапса. Несмотря на некоторую стойкость европейских и азиатских рынков, мировая экономика остается крайне уязвимой перед лицом столь масштабных энергетических потрясений.