Однажды бурлящий и свободный медиаландшафт Гонконга сегодня все туже затягивается петлей Национального закона о безопасности. Последние события – от осуждения пожилого отца активистки до драконовского приговора медиамагнату – рисуют мрачную картину нарастающего страха, вызывая тревогу на международном уровне и, что особенно примечательно, – звенящую тишину в рядах местных СМИ.
Последнее проявление этой тенденции – дело 68-летнего Квока Йин-санга, отца объявленной в розыск активистки Анны Квок. Его признали виновным в нарушении закона о национальной безопасности из-за попыток аннулировать страховку дочери и получить доступ к ее средствам. Власти утверждают, что управление финансами лица, находящегося в бегах, является нарушением местного законодательства, а именно статьи 23. Анна Квок, сопредседатель базирующегося в Вашингтоне Совета по демократии Гонконга, назвала преследование циничной тактикой давления на нее через семью. "Ответные меры правительства Гонконга не остановят и не остановят меня в моей борьбе", – заявила она, поклявшись продолжать свою деятельность, несмотря на личные невзгоды.
Это дело разворачивается на фоне сурового приговора Джимми Лаю, 78-летнему основателю ныне закрытой про-демократической газеты *Apple Daily*. Лай получил колоссальные 20 лет тюрьмы за подстрекательство к мятежу и сговор с иностранными силами – преступления, подпадающие под действие того же закона о национальной безопасности. Его осуждение и приговор широко рассматриваются как политически мотивированный маневр, нацеленный на затыкание рта одному из ведущих голосов демократической оппозиции. Закрытие *Apple Daily* в 2021 году, после введения Пекином закона о национальной безопасности в ответ на месяцы протестов, стало тяжелым ударом по медиа-плюрализму Гонконга.
Реакция гонконгской журналистской братии на суровый приговор Лаю была поразительно сдержанной. Вместо широкого осуждения или призывов к справедливости, преобладало настроение тихого смирения, а кое-где – даже приглушенного одобрения. Это отсутствие активного сопротивления со стороны таких авторитетных организаций, как Ассоциация журналистов Гонконга (HKJA) и Клуб иностранных корреспондентов Гонконга (FCC), является ярким индикатором сужающегося пространства для критического дискурса. Как откровенно признала Селина Ченг из HKJA: "Я не могу свободно высказывать свое мнение по приговору *Apple Daily*". Это молчание объясняется всепроникающим страхом возмездия и удушающим эффектом закона о безопасности, который, по мнению экспертов, эффективно заставляет замолчать критические голоса.
Осуждение Квока Йин-санга, в частности, вызвало значительное международное осуждение, критики обвиняют власти в преднамеренной стратегии преследования семей сторонников демократии. Заявление обвинения о том, что взаимодействие с активами лица, находящегося в бегах, незаконно согласно статье 23, подчеркивает новое применение закона. Попытка господина Квока снять 88 609 гонконгских долларов со страхового полиса на образование стала центральным элементом этой широкомасштабной кампании.
Беспрецедентный 20-летний срок Джимми Лая, превышающий наказания для некоторых диссидентов в материковом Китае, служит мощным символом далеко идущих последствий закона о национальной безопасности. Кумулятивный эффект этих событий – Гонконг, где некогда живой дух открытых исследований и свободного выражения мнений все больше вытесняется атмосферой осторожности и самоцензуры, бросая длинную и зловещую тень на будущее свободы прессы на этой территории.