Тегеран, Иран. Страна, задыхающаяся от глубокого экономического кризиса, превратилась в поле битвы. Протесты, разгоревшиеся на фоне обвала национальной валюты, столкнулись с жесточайшим подавлением. Силовики, вместо того чтобы утихомирить толпу, пустили в ход боевые патроны и дробь. Три недели иранцы живут под плотным интернет-занавесом, который глушит голоса недовольных и скрывает истинный масштаб разбушевавшейся стихии. Очевидцы рисуют жуткие картины: кварталы, похожие на зоны боевых действий.
На улицы вышли самые разные люди – от молодых до стариков, объединенные общим гневом. Но ответ власти был неумолимо брутальным. Если сначала пытались разогнать демонстрантов слезоточивым газом, то теперь в ход пошли картечные выстрелы и, что самое страшное, – боевое оружие. Раненые, по свидетельствам, ищут убежища в жилых домах, потому что больницы либо переполнены, либо просто недоступны.
«Это было похоже на войну», – дрожащим голосом рассказывает Парния, которая гостила у родных в Исфахане во время обострения насилия. «Я видела, как людей валили с ног, а земля была окрашена кровью». Она подчеркивает, что на протестах были люди всех возрастов и полов, от семи до семидесяти лет, «все едины в своем неповиновении».
Интернет-блокада, установленная правительством, стала настоящим цифровым кордоном. Она изолирует население, мешает организованному сопротивлению и делает практически невозможным для независимых наблюдателей проверить данные о жертвах или точно оценить действия силовиков. Нарушение каналов связи лишь усиливает страх и неопределенность, царящие в стране.
Протестное движение, зародившееся в столице, теперь охватило всю страну. Демонстранты направляют свой гнев на высшее руководство. Крики «Смерть Али Хаменеи!» стали обыденностью. Но что еще более примечательно, вновь звучат призывы к восстановлению монархии, идеи, которую активно продвигает изгнанный сын последнего шаха Ирана. Такое двойное недовольство – экономическое и политическое – говорит о глубоком разочаровании в нынешней исламской республике.
Каковы будут долгосрочные последствия этого подавления? Жестокость против безоружных, помноженная на информационное молчание, рискует еще больше оттолкнуть часть населения и, возможно, ожесточить оппозицию. Пока власти стремятся заглушить инакомыслие, коренные причины недовольства – экономические тяготы и жажда политических реформ – остаются нерешенными. И это дает основания полагать, что нынешняя буря – лишь прелюдия к будущей нестабильности в Иране.